Суд по интеллектуальным правам отменил судебные акты нижестоящих судов, которые посчитали, нотариальный протокол с переводом интернет-страницы стандартными средствами браузера, ненадлежащим доказательством

Разумная процессуальная экономия, достаточность доказательств и баланс вероятностей при доказывании в арбитражном процессе

Успешные судебные юристы в своей профессиональной деятельности вне зависимости от процессуального статуса в конкретном деле, будь то истец или ответчик для достижения оптимального результата для своего доверителя всегда ориентируются на общие и отраслевые стандарты доказывания.

В этой связи в арбитражном судопроизводстве чрезвычайно важна правовая определенность, на которую влияет соотношение таких факторов как свобода и независимость суда при оценке доказательств, состязательность процесса, «баланс вероятностей», недопустимость возложения чрезмерного бремени доказывания на одну из сторон спора.

Вот почему формальные дефекты представленных доказательств (вроде отсутствия «идеального» перевода) не должны автоматически блокировать судебную защиту. Давайте разберем как работают указанные принципы на примере Постановления СИП от 26.01.2026 по делу № А40-208109/2024.

Важность общих принципов доказывания в IP спорах и других спорах, с использованием информации из Интернет

В цифровых и IP-спорах доказательственная база почти всегда строится вокруг информации из сети, электронных документов, переписок, интерфейсных данных, данных файлов и иных «техногенных» источников.

Подобные споры отягощены совокупностью доказательств, которые необходимо соотносить между собой. Многие элементы доказывания носят не “абсолютный”, а “допустимый” характер, в результате чего могут быть интерпретированы и оценены по-разному.

В поиске легкого пути завершения спора, эти особенности провоцируют участников процесса направлять свои усилия не на осмысление совокупности фактов и их соотносимость, а на “освобождение” от “лишних доказательств”, которые представил процессуальный оппонент.

На практике это нередко порождает перекос: стороны и суд концентрируются не на том, установлен ли факт, а на том, насколько “идеально” оформлено подтверждение факта.

Такой подход опасен тем, что может превратить процесс в «гонку усилителей»: кто принесет самый дорогостоящий набор формальностей (повторные нотариальные действия, запрос оригинальных документов, экспертизы «на всякий случай»), тот якобы и выигрывает.

Однако справедливое арбитражное судопроизводство устроено иначе: суд выносит решение на основе достаточности и взаимной связи доказательств, оцениваемых в совокупности.

Достаточность и совокупность - это база

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Практический смысл, приведенной выше нормы сводится к следующему::

• Достаточность означает, что по ключевому факту у суда должна сформироваться убедительная картина, позволяющая сделать вывод «скорее да, чем нет».
• Совокупность означает, что формальный дефект одного элемента не должен автоматически «обнулять» весь массив, если факт подтверждается системой доказательств.
• Внутреннее убеждение не равно произволу: вывод должен быть мотивирован и логически объясним, а доказательства — взаимно согласованы.
• Суд не должен ограничиваться лишь оценкой допустимости и достоверности каждого доказательства, не менее важна достаточность и взаимная связь доказательств в их совокупности. В определенных случаях, когда сторона ограничена в средствах доказывания, совокупность согласованных между собой косвенных доказательств имеет может быть положена в основу решения суда (например, по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности).

Стандарт доказывания основанный на балансе вероятностей. Почему процесс не требует абсолютной достоверности?

В гражданско-правовых и в частности в арбитражных спорах «обычный» стандарт доказывания часто описывают как баланс вероятностей (или «разумная степень достоверности»). Это значит, что суд принимает версию фактов, которая выглядит более вероятной, исходя из представленных доказательств и их согласованности.

Эта “рамка” полезна как “противоядие” против избыточного формализма. Если факт подтверждается согласованными данными, суду не нужно искусственно поднимать планку и требовать от стороны доказательств «максимальной силы», пока не появилось мотивированное опровержение или альтернативная правдоподобная версия.

Распределение бремени доказывания. Где находятся разумные пределы?

Статья 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ возлагает на участников дела обязанность доказывать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание требований и возражений. Но из этого не следует что обязанность доказывания является бесконечной.

При определении пределов доказывания необходимо учитывать разумную степень достаточности имеющихся в деле доказательств для подтверждения необходимого факта и объективную необходимость представления дополнительных доказательств.

Разумно предположить, что при оценки вопроса о необходимости представления дополнительных доказательства, следует учитывать связанные с этим процессуальные издержки.

Едва ли можно говорить о справедливом и состязательном разбирательстве, если сторона обязана нести чрезмерные расходы на доказывание, если они не соразмерны предмету и сложности спора.

В целом исходя из принципа процессуальной экономии стороны и суд должны стремиться к снижению судебных издержек, не совершать действий, направленных на их необоснованное увеличение. Этот справедливый и разумный подход обусловлен правилами о неизбежном распределении судебных издержек между сторонами по результатам рассмотрения спора.

Типичные обстоятельства, свидетельствующие о возложении на сторону «чрезмерного» бремени доказывания:

• оппонент спорит не с фактом, а с формой доказательства, при этом не обосновывает, в чем именно факт сомнителен или искажен;
• суд по умолчанию требует «самый сильный» инструмент подтверждения факта (например, нотариально заверенный перевод, выполненный профессиональным переводчиком или экспертное заключение), без детального выяснения спорных элементов и обоснованности такого оспаривания и возможности “точечной” проверки “сомнительных” элементов;
• стороне фактически вменяют обязанность представить доказательство такого уровня, который исключает любые сомнения, что ближе к повышенным стандартам, применимым лишь в отдельных категориях дел.

«Процессуальные усилители» доказательств. Когда они действительно нужны?

В цифровых спорах всегда есть соблазн «закрыть вопрос» максимально сильным способом: нотариус, переводчик, экспертиза, повторные действия и т. п. Это разумно, но только при правильном критерии: усиление оправдано, если есть реальный спор о содержании/достоверности либо высокий риск его возникновения.

Практически это можно свести к правилу:

• Если есть конкретное оспаривание по смыслу (что написано, как переведено, что означает, где расхождения) — усиливаем перевод/фиксацию именно спорных элементов.
• Если есть конкретное оспаривание доказательства по достоверности (подделка, монтаж, не тот источник, “так точно не могло быть”) — усиливаем способом, который отвечает на этот риск (не обязательно самым дорогим из всех возможных).
• Но, если возражение “чисто формальное” и оппонент не раскрывает, какие факты реально опровергает, а указывает лишь на имеющиеся по его мнению изъяны в форме доказательства - требование максимального усиления может стать процессуальной избыточностью.

Границы формализма на примере кейса с переводом иностранного сайта для подтверждения авторства

Описанные выше общие принципы наглядно проиллюстрированы в деле №А40-208109/2024 (ООО «Пейзаж» vs ИП Михалев С.И.), рассмотренном Судом по интеллектуальным правам.

Истец заявлял о нарушении исключительных прав на графические произведения (3D‑модели), подтверждая фактуру, в числе прочего, материалами фиксации информации в сети Интернет при помощи сервиса shotapp и нотариальным протоколом осмотра сайта автора (по данной категории дел Истец должен доказать авторство на спорное произведение, но есть нюанс).

В нотариальном протоколе содержался осмотр страницы на иностранном языке и осмотр той же страницы в состоянии, переведенной на русский язык, стандартными средствами автоматического перевода в браузере.

Суды первой и апелляционной инстанций сочли такой перевод ненадлежащим в смысле п. 5 ст. 75 АПК РФ, посчитали, что требование о нотариально заверенном переводе (с привлечением профессионального переводчика) не выполнено, и как следствие сочли авторство не доказанным, в иске отказали.

Что важно в позиции Суда по интеллектуальным правам?

СИП отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав по существу, на принцип состязательности: отсутствие «надлежащего» заверенного перевода могло бы иметь критическое значение, если бы стороны спорили о смысле сведений или если бы кто‑то показывал неидентичность англоязычной версии и русскоязычного перевода. Однако материалы дела не содержат сведений о таком обоснованном оспаривании со стороны ответчика.

“Отсутствие надлежащим образом заверенного перевода на русский язык названного документа, подготовленного профессиональным специалистом, могло стать одним из оснований для отказа в иске, если бы между сторонами спора возникли разногласия по поводу интерпретации сведений сайта об авторстве в отношении заявленных произведений.

Однако ни из судебных актов, ни из материалов дела не следует, что при разрешении настоящего спора кто-либо из его участников заявлял и доказывал неидентичность английской версии русской.

Поэтому у суда первой инстанции не было оснований усомниться в содержании сведений сайта об авторстве заявленных произведений, автоматически переведенных на русский язык и содержащихся в нотариальном протоколе осмотре сайта, и требовать их перевод, который должен был быть подготовлен профессиональным переводчиком, а не автоматизированными инструментами браузера, и, соответственно, отказывать в иске на том основании, что такой перевод не предоставлен.”

Принципиальный момент: оппонент, по сути, не предложил альтернативной версии фактов (например, иное авторство), а сделал ставку на формальное несоответствие способа перевода требованиям закона, не конкретизируя, какие именно смысловые искажения повлияли бы на выводы суда.

Между тем, стоит обратить внимание, что стоимость нотариального заверения перевода применительно к обстоятельствам дела (несколько страниц сайта) дополнительно составила бы 12-14 тысяч рублей. Указанные расходы изначально должен был бы понести Истец, а в случае удовлетворения его требований они были бы возложены на Ответчика.

Как мы ранее указывали формальное требование о представлении дополнительных доказательств в определенной форме, сопряженное с несением ощутимых судебных издержек (в данном случае около 10-15% от исковых требований) не видится обоснованным и разумным.

Как общие принципы доказывания сработали в этом частном кейсе?

• Допустимость (ст. 75 АПК РФ): да, документы на иностранном языке требуют перевода; это правило обеспечивает понятность и проверяемость.
• Оценка доказательств (ст. 71 АПК РФ): даже при наличии формального дефекта суд оценивает доказательства в совокупности и проверяет, есть ли реальный спор о смысле и достоверности.
• Стандарт доказывания (баланс вероятностей): если обстоятельство подтверждается совокупностью данных, а оппонент не создает правдоподобного и конкретного сомнения, формальность не должна автоматически “ломать” вывод о факте.

Практические выводы: как писать процессуальные позиции без «доказательственной гонки»

Для истца (того, кто несет основное бремя доказывания):

• Стройте доказательственную модель от фактов: что именно нужно доказать (право, факт нарушения, причинную связь, размер и т. п.). Затем подбирайте доказательства так, чтобы они взаимно поддерживали друг друга (ст. 71 АПК РФ).
• «Усилители» (перевод, нотариус, экспертиза) применяйте точечно: либо для ключевого и единственного факта, либо когда ожидаете мотивированное оспаривание (а не «на всякий случай»).
• Если оппонент заявляет формальные претензии, требуйте конкретизации: где и как это влияет на смысл/достоверность, и почему без дополнительных затрат невозможно установить факт.

Для ответчика (когда цель — создать сомнение)

• Формальное возражение (например, «перевод ненадлежащий») работает сильнее, когда вы показываете конкретную проблему: расхождения смысла, альтернативную интерпретацию, иные источники, противоположные данные.
• Если вы хотите «поднять» планку доказывания (потребовать усиление), важно объяснить суду, какой именно риск устраняет усилитель и почему без него вывод будет недостоверным.

Выводы

Арбитражное доказывание — это баланс: стороны несут бремя доказывания, суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению с учетом достаточности и взаимной связи, а факты по общему правилу устанавливаются на уровне «баланса вероятностей».

В этой системе процессуальная форма важна, но не должна превращаться в самоцель и инструмент отказа в защите права там, где отсутствует реальный спор о смысле и достоверности.

Кейс СИП по делу № А40-208109/2024 показывает практическую границу: если оппонент не предъявляет содержательных возражений и не доказывает искажение смысла, формальный «дефект» перевода не должен автоматически обнулять доказательство и блокировать защиту права. Это и есть разумная процессуальная экономия в действии.